Как я буду относиться к ребенку, который изо дня в день непослушен, все делает вопреки моим требованиям, дичится, убегает от меня, огрызается? Смогу ли я с любовью отнестись к подросткам, осужденным за убийство? Могу ли я любить пьяную девочку-подростка, которая на замечание, с матом бросается на меня?

Эти и подобные вопросы роились в голове, когда рассматривала фотографии в альбоме. И на всех фотографиях: дети, дети и дети…
Разного возраста, разной национальности: белые, черные, рыжие, голубоглазые, кареглазые, черноокие. Разные. Но объединенные общей чертой – это брошенные дети, дети, не испытавшие родительской нежности, ласки. Нет, у многих из них, есть родители, но честное слово, может быть, лучше бы их не было?!
Каждому ребенку нужна семья, ему так необходимо, чтобы он был кому-то нужен, чтобы кто-то заботился о нем, приласкал, пусть бы даже шлепнул, только было бы кому сказать: «Мама!»
И дети тянутся к потерявшему человеческий облик существу, ища у него защиты, немножко тепла, любви. Ведь им так мало надо! И дети бегут домой, в место, которое и домом-то назвать порой трудно: грязь, голод, но там: Мама!
Дети, дети, дети: в интернате, в детдоме, в приюте, в СИЗО. И везде дети, которых недолюбили.